«Дела в колхозе шли плохо. Не сказать, что совсем плохо, можно даже сказать — хорошо, но с каждым годом все хуже и хуже…»

                         «Жизнь и необычайные приключения солдата Ивана Чонкина»

                                                                                                     Владимир Войнович

Вчерашняя прямая линия вопросов граждан и ответов на них губернатора не принесла сколь-нибудь заметных оптимистических нот в текущую жизнь, однако весьма прозрачный намек на то, что проблемы угольной отрасли для руководителя области теперь уже стоят не на первом плане, прозвучал достаточно ясно:

«В мировом пространстве мы сейчас позиционируем Кузбасс не как сырьевой регион, а как уникальное место с богатой природой, историческими местами, самобытной культурой, кухней и современной промышленностью. На фоне санкций происходит перераспределение турпотоков, люди стали больше путешествовать внутри страны, и это для туриндустрии региона — новое окно возможностей. Мы заинтересованы в развитии всех направлений. Для этого делаем много: реконструируем транспортную инфраструктуру, будем строить аэропорт в Шерегеше, проводим международные форумы, привлекаем в регион гостей по самым разным направлениям», — сказал Сергей Цивилев.  

Вряд ли «мировое пространство» заметило смену ориентации Кузбасса с угля на туризм, поскольку у них там и без нас есть на что посмотреть, но для тех, кто наблюдает за цепной реакцией отказов от нашего угля в Европе и даже в Азии, есть повод немного поразмыслить над сказанным. В конечном счете это заявление может означать, что прежняя стратегия с ускоренной модернизацией Восточного полигона стала не актуальной всего за несколько недель, прошедших с начала спецоперации. Этот вывод подтверждает ещё и то, что в Кузбасс перестали приезжать высокопоставленные чиновники из правительства РФ и РЖД. А ведь ещё не так давно они несли в самом угольном регионе страны чуть ли не ежемесячную вахту. Главной темой их визитов и многочисленных рабочих совещаний было ускорение строительства дополнительных транспортных коридоров к дальневосточным морским портам и поиск потребителей для «излишков» кузбасского угля. Напомним, что объемы вывоза топлива в ту сторону планировалось увеличивать в среднем на 5 миллионов тонн ежегодно до 2024 года, включая год нынешний.

Судя по итогам I квартала, добыча угля снизилась к прошлому году на 2,2% — это много, поскольку прошлый год для угольщиков был не самым рекордным, хотя цены были весьма высокими. Если дела в «колхозе» и дальше пойдут такими же темпами, то работу некоторых угольных предприятий придется — как сейчас модно говорить – «планово приостановить». Вместе с этим могут начаться проблемы у смежников, занятых на переработке и транспортировке угля.

Но не будем о плохих сценариях. В конце концов, в мировой экономике может случиться нечто непредсказуемое, и кузбасский уголь, невзирая ни на какие препоны, всё-таки пробьётся к потребителям в Азии. Однако на горизонте всё яснее маячат проблемы с его добычей, поскольку горнодобывающую технику угольные компании приобретали как раз на Западе и в «дружественном» Китае. Если прекратится её обновление, поставка запчастей, сервисное обслуживание, то кузбасский шахтер останется с кайлом и лопатой.

Несколько дней назад мы уже писали о том, что кузбасское машиностроение, да и российское в том числе давно уже не представляют для Запада никакой конкуренции. Многолетняя реанимация Юргинского машиностроительного завода, где пытались наладить выпуск горного оборудования, так и не увенчалась успехом. И вот вчера, в который уже раз, губернатор высказал осторожную надежду его снова как-то оживить:

«Юргинский машзавод очень важен для Кузбасса, мы делали все возможное, чтобы это предприятие продолжало работать. Но завод находится в частной собственности, и собственник принял решение о его банкротстве. Мы пристально наблюдаем за этой процедурой, потому что есть желающие развивать это производство, особенно сейчас, в условиях санкций. На Юрмаше хорошая база для производства горно-шахтного оборудования. В часть цехов уже зашло другое предприятие, которое постепенно будет наращивать производственные мощности», — заявил он.

В этих словах прекрасно всё! Особенно причина банкротства: «завод находится в частной собственности». Так ведь вся экономическая стратегия России уповала как раз на эффективность частного собственника. Предшественник Сергея Цивилева Аман Тулеев чуть ли не в каждом выступлении о «возрождении Кузбасса» говорил о рентабельности угледобывающих предприятий и «семимильных шагах» машиностроения:

«Особое внимание уделяем развитию угольного машиностроения… По оценкам ученых, до 2008 г. нам необходимо на шахтах Кузбасса заменить горную технику суммарной рабочей массой до 250 тыс. тонн. По стране эта цифра увеличивается еще в 1,5 раза. Но при этом надо не завозить горно-шахтное оборудование из-за рубежа, а производить его у себя в Кузбассе. На базе крупнейшего машиностроительного предприятия ОАО «Юргинский машиностроительный завод» мы создали Центр угольного машиностроения. Сейчас на наших ведущих машиностроительных предприятиях области — на «Юрмаше», «Анжеромаше» освоены очистные комбайны типа «Кузбасс-500», производство механизированных крепей, забойных конвейеров, не уступающих по своим параметрам лучшим зарубежным образцам. Но стоят они на порядок дешевле».

И где теперь вся эта великолепная техника? Где все эти стратегии, планы и результаты? Они доносятся сегодня еле слышным эхом из глубин интернета. Кроме эха – ничего!

Сергей Борисов

Поделиться:

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here