Наконец-то кемеровчане вздохнули немного свободнее, хотя все понимают, что это ненадолго – до следующих морозных дней, когда власти объявят очередной режим «черного неба».

«Какое там небо?! В пяти метрах ничего не видно!» – пишет один из горожан. «Белая пелена окутала Кировский. Не видно даже соседнего дома. Фото хотел сделать, не получается», – сообщает другой. «Мало вводить и сыпать указами, поручениями и советами. Необходимо ещё контролировать их исполнение. А пока получается так: днём у нас режим “чёрного неба”, а по ночам – режим ” гуляй рванина”! Туман и какой-то химией пахнет, аж в горле першит. С недавних пор повелось так, что всё нормально и хорошо у нас – лишь на бумаге и по ТВ, а выходишь на улицу, и глаза и уши говорят об обратном!», – возмущается третий. 

Вечером в городе гулял небольшой ветерок, который и стал понемногу рассеивать угарный газ. Кстати, мэр Илья Середюк, подводя итоги минувшей недели, говорил о подготовке к новому году, о строительстве детских садов, уборке снега, инициативном бюджетировании, но ни слова не сказал об ужасном задымлении. А проблема никуда не делась. Зима впереди, и в морозные дни, которые, как правило, безветренные, значительная часть выбросов «Кокса», Кемеровской ГРЭС, Ново-Кемеровской и Кировской ТЭЦ будут оставаться в черте города.

Как известно, угарный газ в полтора раза тяжелее воздуха, и что бы там энергетики не говорили о высоких трубах, продукты от сжигания низкосортного угля, выходя из труб, быстро остывают на морозе, особенно ночью, и затем под собственной тяжестью опускаются и растекаются по самым низким местам города. В Кемерове – это районы вдоль русла Томи и Искитимки. Поэтому самые задымленные районы – Центральный, Кировский и большая часть Заводского района. К промышленным выбросам добавляется дым печных труб частного сектора и выхлопы большегрузов, которые следуют по федеральной трассе «Байкал» прямиком через областной центр. Объездная дорога, которая могла бы снять напряжение, по-прежнему только в планах и наметках.

Справедливости ради, надо сказать, что такая тяжелая ситуация сложилась не только в Кемерове, а почти во всех шахтерских городах: греемся-то «дешевым» углем, точнее самой низкосортной его частью. В этом году вышел довольно обширный доклад «Гонка по нисходящей. Последствия широкомасштабной добычи угля в Кузбассе», подготовленный группой «Экозащита». В нём содержатся подробные данные о негативном влиянии на здоровье людей и природу от добычи угля. Говорится, в частности, что «в 2018 году режим неблагоприятных метеорологических условий, или режим «черного неба» – называемый так из-за климатических условий, которые способствуют накоплению промышленных выбросов в атмосфере в частности в безветренную погоду, – в столице региона, Кемерове, вводили 37 раз, в Новокузнецке и Прокопьевске –18 раз. В 2019 году режим «черного неба», требующий от предприятий в этих городах обязательного снижения выбросов, вводили в Кемерове 44 раза, в Новокузнецке – 31 раз».

Проще говоря, более месяца в году у нас – «черные»! А ведь это период, когда дышать практически нечем! А сколько недель и месяцев мы живем в атмосфере, когда просто пахнет горелым углем, но на это уже мало кто обращает внимание – принюхались! Привыкли!

Вместе с угарным газом в легкие кемеровчан попадает бензапирен, диоксид азота, аммиак, формальдегид, оксид углерода, взвешенные вещества, сажа, диоксид серы и др. Всё это весьма агрессивные соединения, и поэтому в Кузбассе заболевание раком органов дыхания выше, чем в среднем по РФ. По другим видам рака мы тоже далеко не последние, а одни из первых в России. Разумеется, дороже всего для нас – здоровье детей и внуков. И что же про это говорится в докладе?

«О корреляционной зависимости между уровнями врожденных пороков развития (ВПР) у младенцев и массой выбросов веществ, загрязняющих атмосферу от угледобывающих предприятий, специалисты Центра гигиены и эпидемиологии в Кемеровской области писали еще в 2015 году, отметив, что с 2005 по 2012 год количество случаев врожденной патологии на 1 000 детей увеличилось в области вдвое. В отдельных же районах области рост был и более значительным: в 28,2 раза в Беловском районе, в 10,4 в Тяжинском, в 4,7 в Новокузнецком. К 2015 году в Кемеровской области доля встречаемости врожденных пороков и аномалий развития составляла в среднем 5,3%, а в структуре младенческой смертности на них приходилось 20,7% (при средних всероссийских показателях на момент публикации в 4–6% ежегодной частоты ВПР у новорожденных и 20–30% в структуре младенческой смертности). И при общем снижении младенческой смертности по стране в Кемеровской области этот показатель часто превышает средний по России».

Самое печальное – и это мы наблюдаем невооруженным взглядом и незащищенными легкими, – положение с загрязнением окружающей среды мало меняется в лучшую сторону. Думается, и это улучшение происходит только на бумаге, а в реальности – сплошные «черные» дни и ночи! Помимо возмущенных отзывов и критики в адрес местной власти горожане дают друг другу советы: поменьше гулять в такие задымленные дни с маленькими детьми, не заниматься спортом на воздухе и даже не прогуливаться по набережной Томи, поскольку это самая низкая часть города.

В общем, если эту ситуацию наложить на запреты и ограничения, связанные с коронавирусом, то получается, что мы переживаем какой-то непроглядный морок.

Борис Егоров

На снимке: С правого берега в областном центре совершенно не виден берег левый; солнечный диск над городом во время режима «черного неба»; Кемеровская ГРЭС, расположенная в центре города, сжигает уголь.  

Поделиться:

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here