«… Я уже хотел дать газу, но примчался управдом,

Стукнул гад меня три раза грязным мусорным ведром» .

Конечно же, в своей юмористической песенке Юрий Гальцев сильно преувеличивает злонамеренность действий абстрактного блюстителя порядка за жилым фондом. Артисту что – лишь бы аудитории весело было. Но насколько же должно быть обидно настоящему управдому – интеллигентному, заботливому – слушать такие вот фантазии? Ну, не управдому так домоуправу, как в Таштагольском муниципальном округе. Ведь от перемены мест коренных составляющих смысл сложного слова не меняется.

Как пояснили сведущие люди, профессиональные обязанности данной штатной единицы в Таштаголе ни в коем случае нельзя путать с общественной деятельностью старшего дома или коммерческими интересами представителя управляющей компании. Этот человек – некое связующее звено между перечисленными структурами и администрацией муниципалитета. Это – глаза и уши заместителя главы по вопросам ЖКХ и благоустройства. А может, и самого главы Владимира Николаевича Макуты.

Но одновременно домоуправ – и самый близкий для жителей человек. По крайней мере, по версии организаторов избирательного процесса. Чуть только наметилась какая-нибудь проблема – тут же все звонят домоуправу. Вот и накануне прошедших уже выборов им пришлось работать так, что пот катился в семь ручьев. Вы имеете возможность в этом сами убедиться, взглянув на документальную фиксацию членами участковой избирательной комиссии обращений населения. Не могут, мол, по состоянию здоровья люди сами добраться до избирательной урны, отмечено в реестре. Вот и просят они самого близкого человека, домоуправа, посодействовать. Не сестер и братьев просят, не родителей и детей, а именно домоуправа. Потому что очень уж долг гражданский выполнить хочется. А разве родная кровь поймет подобные позывы?

Подводим предварительные итоги. Хворых до состояния маломобильности на одном только избирательном участке 1410 оказалось 120 человек – почти десятая часть от всего количества избирателей. Вот и верь после этого статистическим данным об успехах медицины и об увеличении средней продолжительности жизни. Куда только недавно избранный президент смотрит?

Если сверить протоколы голосования полуторагодичной давности с нынешними, то мы увидим, что на том же участке 1410 количество тяжелобольных со времени избрания Путина главой государства выросло в четыре раза. Мы ни на что не намекаем – это цифры избирательной комиссии. Что же тогда должно твориться в других муниципалитетах Кузбасса – экологически проблемных, которые пока не все афишируют массовый переход населения из вертикального статуса в горизонтальный?

Все эти данные, опубликованные в Фейсбуке сразу же после выборов председателем Движения независимых наблюдателей Кузбасса (ДННК) Вячеславом Черновым, всерьез озадачили редакцию, и мы срочно командировали на место событий корреспондента. Да, слово «падеж» здесь, слава Богу, пока неуместно, но выяснить причины тотальной хвори в Таштаголе, которая лишила значительную часть населения возможности передвигаться, хотелось бы.

В этом нас категорически поддержал и Вячеслав, еще накануне заинтересовавшийся тем фактом, что при выезде комиссии для надомного голосования в сопровождении наблюдателя от кандидата в депутаты, составляющего конкуренцию представителю от «Единой России», 77 человек из 120, значащихся в реестре, дома не оказалось вообще. Как так? Не случилось ли чего серьезного с лишенными возможности передвигаться самостоятельно?

Пустое все это – ничего страшного не произошло. Не посетив еще и 10 квартир, стало ясно, насколько бессмысленно добиваться встречи с каждым избирателем, упомянутым в реестре. На простой вопрос: «Что вас заставило обращаться к домоуправу и вызывать к себе на дом избирательную комиссию?», люди сначала недоуменно переспрашивали, а потом категорически отрицали саму возможность такой просьбы. А кое-кто из весьма молодых и бодрых вообще был готов покрутить пальцем у виска: «Они чего там – совсем?». Впрочем, давайте несколько таких встреч опишем чуть подробнее.

Пришельцы с планеты УИК

Полина Александровна Кулькова к моменту нашего визита в семью оказалась дома одна. Сама она голосовать права не имела – прописана по другому адресу, где довыборов не было. Но тут же заявила, что сын Константин, здесь постоянно проживающий, ни заявку подать не мог, ни голосовать. Он вообще сейчас находится в Новокузнецке в поисках достойной работы. А вот его брат…

Вскоре зашел в дом и Александр. История, рассказанная им о дне выборов, была эмоциональной. Где-то в обед в дом позвонили – на пороге стояли люди, представившиеся членами УИК – участковой комиссии. Незваные гости послужили сильным раздражителем, и человек, вообще не планировавший идти на выборы, в сердцах сказал: «Вам делать нечего? Я уже проголосовал». Обидно стало, что отнесли его к разряду неходячих. А уже вечером, на досуге, подумал: «А почему бы и нет?». И все же сходил на участок. Выходит, проголосовать два раза никто бы Александру не помешал?

Жительница дома №35 по улице Мира Татьяна Кречетова была заметно смущена нашим появлением, но вскоре это чувство сменилось недоумением. Да, сама она проголосовала, хоть и сильно удивилась появлению членов избирательной комиссии. Как в таких случаях бывает в интеллигентной среде – отказывать-то неудобно, люди ведь стараются, ноги по подъездам обивают. Хотя вполне могла и сама при желании дойти до участка. Благо, не только на словах, но и визуально молодая женщина выглядела вполне здоровой.

А вот супруга дома не было. Хотя и он никаких заявлений не писал, ни к кому за помощью не обращался. И уж совершенно точно не могла просить о надомном голосовании 20-летняя дочь Мария, которая на данный момент живет и учится в Томске, а бывает дома лишь в дни каникул. Какому управдому или члену избирательной комиссии пришло в голову записать всю семью в больные, маломобильные? За это ведь и по суду ответить можно, окажись люди суеверными, которые всерьез считают, что весь сказанный или написанный негатив вполне может сбыться. А тут не просто запись, а констатация немощи, зафиксированная в официальном реестре.

Нина Михайловна Бакулина из дома №37 по этой же улице, как и подобает многим ответственным людям пожилого возраста, сходила на избирательный участок и проголосовала еще в 8.40 утра. Тем не менее, и ей не удалось избежать участи еще раз встретиться с членами комиссии, которая во второй половине дня пришла к ней домой в соответствии как бы с данным ей же поручением управдому.

Конечно же, никакого управдома о надомном голосовании Нина Михайловна не просила. Конечно же, никто бы к ней и не заявился, не увяжись с комиссией этот наблюдатель из «конкурирующей фирмы». Просто спустя определенное время принесли бы на участок то количество бюллетеней, сколько было «заявок» в реестре – и дело с концом. Увы, все ходы и выходы, когда занимаешься откровенными махинациями, просчитать невозможно.

Кручу, верчу…

«Когда я открыла дверь, члены комиссии очень удивились. Мол, и такие молодые у нас тоже, а то обычно к пожилым приходим, – рассказывает жительница дома №23 по улице Суворова Нина Сергеева. – Проголосовала. А почему бы нет, коль люди пришли? Вообще-то мне не интересна политика: кто победил, кто проиграл. Вообще я в отпуске». И у этого человека, слава Богу, в процессе беседы и визуального осмотра мы не обнаружили ни тяжелого заболевания, ни серьезной травмы, ограничивающей дееспособность.

Все остальные диалоги мало чем отличаются от выше рассказанных. Лишь в двух случаях из пятнадцати нам пришлось действительно столкнуться с реальным желанием избирателей проголосовать на дому. Но и тут была соблюдена лишь формальность, а отнюдь не норма закона. Одна из молодых мам сослалась на то, что ребенка не с кем оставить, а пожилая чета – действительно люди больные – в ходе беседы так толком и не определилась с тем, к кому обращались за помощью. Видно было, что находятся они на попечении социальной защиты, и потому очень боялись своими ответами навредить тем людям, которые обеспечивают уход.   

Словом, спешим успокоить общественность нашей волости и президента страны Владимира Владимировича: никакой косящей людей сентябрьской болезни в городе Таштаголе нами не выявлено. Так что будем с дальнейшим вниманием и все большей надеждой следить за успехами медицины, позволяющей значительно увеличивать продолжительность жизни россиян.

На выборах в Таштаголе. Не домоуправ.

Мы, побывав в Таштаголе, только лишний раз убедились в обычном для Кузбасса деле – фальсификации выборов. В позорном для XXI века процессе, который давно бы пора отнести к разряду преступлений против государства. Убедились в том, как в последний момент, в день выборов, подделывался сам реестр для надомного голосования: по словам Вячеслава, его вообще не было, а была занесена в компьютер лишь база данных с фамилиями и адресами. «Куда же он делся?», – задавали в течение почти трех часов себе вопрос члены УИК, и долго не могли на него найти ответ. А уж тем более показать злополучный реестр Чернову.

Но разве председатель ЦИК Элла Памфилова издалека, из Москвы, способна, как мы, вот так просто поговорить с людьми, чтобы убедиться в настоящем кошмаре, который представляет собой нынешняя избирательная система. Ведь тут никаких экспертов не надо привлекать и заставлять их лжесвидетельствовать.

Зато таштагольские чиновники, включая главу муниципалитета, торжественно отчитались по вертикали о высоких показателях явки и о победе основных «слуг народа» – членов «Единой России». Сбой произошел только на участке 1410. И снова по вине Чернова. Везде показатель активности – на уровне 80 процентов и более, а здесь и 30 натянуть не удалось. Да и победу итоговую упустили, позволив стать депутатом представителю «Справедливой России».  

Владимир Максимов   

Поделиться:

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here