Трагедия на шахте «Листвяжная» ещё раз подтвердила: сложная и высокопроизводительная импортная горная техника при диктате управления и кадровой деградации работников вместо пользы приносит только бедствия.

Жители поселка Грамотеино, мнение которых репортеры различных телеканалов записывают в эти дни прямо на улицах, искренне соболезнуют, рассказывают, что о нарушениях безопасности труда многим было давно известно, да и не первая это трагедия. Однако в итоге непременно добавляют, мол, такая видно наша планида. Как шахтеру не спускаться в опасные выработки, если у него семья, кредиты… Многие пострадавшие, в том числе, чудом спасшийся горноспасатель, подтвердили намерение снова идти работать под землю. Надо же кормить детей, как-то жить! А работы в поселке, кроме как на шахтах нет. В общем, деньги всему голова, и какие-то иные варианты доходов людьми вовсе не рассматриваются. По сути, небольшой поселок является аналогом исправительно-трудовой колонии, разделенной на жилую и промышленную зоны, только без колючей проволоки по периметру и вышек с охраной.

Но если увеличить масштаб, то весь Кузбасс тоже будет сильно напоминать огромную зону, каковой он по сути дела и был после своего административного образования в 1943 году. Вокруг шахт – жилые дома, рядом с зияющими ямами самых крупных разрезов – поселки с работниками примерно на том же месте, где когда-то стояли бараки для заключенных. Построй их в своё время хотя бы в трёх или пяти километрах от места работы — ближе к чистой воде, лесу, подальше от отвалов – нужен бы был дополнительный конвой, транспорт, увеличилось бы время на дорогу. А тут прошел сотню метров от барака — и ты уже в промышленной зоне, бери инструмент и вперед, к трудовым подвигам!

С тех пор прошли десятилетия, в шахтерских городах и поселках сменилось несколько поколений, а лагерный менталитет в угольном монорегионе никуда не выветрился: поселки все там же, а начальник маленький или большой – это и закон, и судья, и благодетель, который в случае чего может наказать, но может и подкинуть деньжат. А если попросит поднажать, подхимичить с датчиками контроля — что ж, мы и поднажмем и подхимичим, ведь семью-то кормить надо…   

Это где-нибудь в Америке шахтер может покинуть рабочее место либо из-за необеспечения компанией его личной безопасности, либо из-за отсутствия обучения. И в обоих случаях он должен получить полную оплату за пропущенное рабочее время. Если компанию-работодателя обязали повысить уровень безопасности в шахте, но она это не сделала, то шахтер также имеет право отказаться от работы и получить двойную оплату за пропущенное не по его вине время. И пусть потом начальник или даже владелец шахты попробует его уволить…

У нас не только уволят, но ещё и другой работы найти не дадут, чтоб с другим с начальством не повадно было спорить. Наверное, психологи вместо слова «зона» употребили бы термин «примитивная группа». Пусть так, но принцип управления в этой группе не предусматривает сложных процессов и сложной техники. Поэтому появление в шахтах новых сложных добычных и проходческих комплексов, способных останавливаться не по приказу начальника, а по причине грозящей опасности – оказались не в ладах с лагерной ментальностью и уровнем подготовки. Из мощной импортной техники выжимают только то, что направлено на увеличение добычи, а всё, что её сдерживает – прикроем, замажем, перемкнем.

И в этом тоже нет ничего нового: все читали или смотрели мультик про русского умельца Левшу, который сумел по заданию государя-императора подковать крошечную стальную блоху, посрамив тем самым «англицких» мастеров. Однако не все осознают, что наш умелец отнюдь не улучшил, а испортил механизм, ведь блоха до его вмешательства прыгала и даже танцевала, а после только дергалась. К слову, и сам Левша позже умер от пьянки. Так что сказка ложь, да в ней намек, только уроков мы не извлекаем и продолжаем наступать на те же грабли.

У нас не было и нет по-настоящему независимых контролирующих безопасность труда инспекторов, нет независимых профсоюзов, у нас на руководящие должности на опасные предприятия назначаются не профессионалы, а послушники. Много чего у нас нет и при такой управленческой «вертикали» не будет, потому как экономика «зоны» основана на полной зависимости от внешнего мира, в нашем случае через экспорт и импорт. Стоило резко увеличиться мировой цене на уголь – и прочь все правила безопасности и какие-то безмозглые датчики! Ведь это ж деньги… а семьи кормить надо, кредиты выплачивать.

Тем временем горноспасатели продолжают поиск тел погибших и, судя по всему, найдут их не скоро, если вообще найдут. Напомню только, что за последние 15 лет Кузбасс потрясли несколько очень похожих друг на друга трагедий с массовой гибелью людей – «Ульяновская», «Юбилейная», «Распадская». И везде, как под копирку: горный надзор, предписания, манипуляции с показаниями датчиков ради добычи денег и печальный финал.

Слёзы высохнут, какие-то деньги за погибших выплатят, виновников накажут, к мемориалу погибших добавятся новые имена и фамилии, кого-то ещё наградят, но опасность нового подобного происшествия никуда не исчезнет, поскольку мировые цены на уголь остаются высокими, а транспортные возможности для экспорта сырья власти обещают расширить и увеличить.

Александр Сусоев

Поделиться:

1 КОММЕНТАРИЙ

  1. ЦИТАТА: «…По сути, небольшой поселок является аналогом исправительно-трудовой колонии, разделенной на жилую и промышленную зоны, только без колючей проволоки по периметру и вышек с охраной.» Да, Автор наглядно показал правдивое и чёткое сравнение суровой и мрачной действительности в регионе №1 за Уралом.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here